40 5 пострадавших в терактах остаются в больницах Волгограда

Прокуратура закрыла баню по требованию липчан

Новенькая бразильская литература выражает идеи городской молодежи и среднего класса

Сан-Паулу - Ежели попробовать сделать собирательный образ бразильского писателя молодее 40 лет, то будет белокожий мужчина, городской обитатель, космополит по собственному мировоззрению, безразличный к острым соц дилеммам современности. «Это чрезвычайно неодинаковая страна», - произнес Антонио Прата (Antonio Prata), родившийся в 1977 году в Сан-Паулу. Он пишет рассказы, телесценарии и сотрудничает с газетой Folha de São Paulo. Антонио Прата ведает сначала о собственном родном городке, ставшем одним из основных крупных городов мира. «Если ты пойдешь в концертный зал Сан-Паулу, то посреди зрителей не узреешь ни 1-го негра. За все мои школьные годы я никогда не дружил с темнокожими, хотя они составляют большую часть населения. Литературой занимаются только образованные люди, большая часть из их - представители среднего класса либо высшего общества и проживают в больших городках. В этом, как и во всем, есть свои исключения. Может быть, самой значимой книжкой, написанной за крайние 20 лет, стал 'Город Бога' (Ciudad de Dios). Ее создатель Пауло Линс (Paulo Lins), темнокожий, родом из провинциального городка».

В прологе к известной книжке «Корни Бразилии» (Raíces de Brasil), написанной Серджио Буарке де Оланда (Sérgio Buarque de Holanda) и вышедшей в свет в 1955 году, литературовед Антонио Кандидо (Antonio Candido) показывает на то, что отличительной чертой поколения будет то, что «ее представители сначала различаются друг от друга, а позже стают все наиболее схожими и, в конце концов, исчезают как личности». Таковым образом, можно говорить о литературе тех, кто родился опосля 70-х годов, которая существенно различается от бытописательских произведений, преобладавших опосля получения независимости. Невзирая на устоявшееся представление о Бразилии, как о многонациональной и экзотической стране Южной Америки, сюжеты новейшей бразильской прозы в большей степени соединены с Парижем, Лондоном и Мадридом. «Хотя, если б было трудно писать произведения, чье действие разворачивается в остальных странах, тогда не было бы Шекспира», - считает Карола Сааведра (Carola Saavedra), родившаяся в Сантьяго-де-Чили в 1973 год. Она является одной из более читаемых юных писательниц.

Помио Прата и Сааведра, к восходящим звездам современной бразильской литературы можно отнести также Жоао Пауло Куэнка (João Paulo Cuenca), родившегося в Рио-де-Жанейро в 1978 году; Криштиану Агиара (Christiano Aguiar), родившегося в Кампина Гранде в 1981 году; Луизу Гейслер (Luisa Geisle), родившуюся в Каноас в 1991 году; Эмилио Фрайя (Emilio Fraia), родившегося в Сан-Паулу в 1982 году, и Лауру Эрбер (Laura Erber), родившуюся в Рио-де-Жанейро в 1979 году. Знатный английский журнальчик Granta упоминает их, также ряд остальных участников Франкфуртской книжной ярмарки, в собственной статье, посвященной Бразилии, которая была там основным гостем.

«Есть огромное желание выделиться и отступить от предшествующего поколения», - говорит Куэнка, общепризнанный одним из наилучших 39 латиноамериканских писателей молодее 40 лет на колумбийском литературном фестивале Hay Festival. Он создатель произведений «Прощание с усопшим» (Cuerpo presente, 2002 год) и «Последний рассвет» (La última madrugada 2012 год), сочетающий восхищение японской культурой с раскрытием соц заморочек. Опосля народных протестов в июне 2013 года он даже выступил в вебе с требованием обеспечить гражданам право на проведение демонстраций. «Я не единственный, кто так считает. Просто все дело в том, что другие мои современники не настолько откровенны, как я. Они еще больше пропитаны политикой в худшем смысле этого слова», - написал он на чудесном испанском языке (его отец аргентинец) с добавлением выражений, свойственных Рио-де-Жанейро.

Куэнка опубликовал 5 произведений, некие из которых переведены на иностранные языки. Его литературный жанр можно найти как нечто среднее меж магией и научной фантастикой, в каком выслеживаются черты, соответствующие для Филиппа К. Дика, Эдгара По, Мураками и Оруэлла, увлечение соц сетями, современными технологиями и бразильскими писателями прошедшего века, хотя на данный момент граница меж реальностью и вымыслом уже исчезла. Его очередной роман «Смерть Ж.П. Куэнки» (La muerte de J. P Cuenca), который выйдет в свет в этом году, в определенной степени автобиографичен и перекликается с повестью «Третий человек» (El tercer hombre), принадлежащей перу классика литературы Кэролу Риду. «Это вышло в 2008 году, когда милиция нашла труп в жилом здании в центре Рио-де-Жанейро. При нем были мои документы и свидетельство о рождении. После чего я нанял личного сыщика и воссоздал историю уже в качестве детективного сюжета», - ведает создатель книжки «Единственным счастливым итогом любовной истории быть может несчастный случай» (El único final feliz para una historia de amor es un accidente), написанной в 2012 году.

«Наиболее емким словом для обозначения современной эстетики является плюрализм», - считает Криштиану Агиар, сумевший во весь глас заявить о для себя одной только книжкой «По ту сторону стены» (Al lado del muro, 2006 год), благодаря которой на последующий год опосля ее публикации стал владельцем премии имени Османа Линса (Osman Lins) за наилучший рассказ. На данный момент он готовит к изданию серию очерков о собственных современниках. «Сюжеты наших произведений традиционно разворачиваются в больших городках, хотя некие обращаются и к сельским либо провинциальным темам. Все почаще в повествовательной прозе возникают элементы таковых жанров, как фэнтези, страхи либо научная фантастика. Меньше создатели изучат в собственных произведениях вопросцы государственной самобытности, по последней мере, по сопоставлению с предшествующими поколениями», - говорит он в заключение.

Как и в остальных странах, эта гражданская литература, которой свойственны смешение жанров и особенное внимание к рассказам, имеющей давнюю традицию, фрагментарный и эпизодический стиль повествования, соответствующий для соц сетей, не только лишь избегает злободневных тем, которые ставила впереди себя так называемое поколение 90-х. Оно появилось опосля военной диктатуры, существовавшей в стране с 1964 по 1985 год, а его более колоритными представителями были Луис Руффато (Luiz Ruffato) и сам Осман Линс. Она также отходит от богатой столетний литературной традиции и пробует отыскать себя меж самобытностью и космополитизмом, соответствующим признаком современной эры. В особенности наглядно это проявляется в таковых развивающихся странах, как Бразилия, где 75% населения проживает в городках с популяцией выше миллиона человек. «В 70-х годах уже произошел значимый перелом, знаменовавший собой окончание в определенном смысле классического шага художественной литературы и поэзии XX века», - считает Криштовао Тецца (Cristovão Tezza), который в силу собственного возраста (61 год) и размещенных произведений (к примеру, романа «Вечный сын» [El hijo eterno], размещенного в 2007 году) уже практически может считаться классиком. «В 80-90-е годы в литературу пришло новое поколение с новенькими взорами, а сама литература вошла в некоторый переходный шаг. Ее главной отличительной чертой является разрыв с классической традицией. Она во всем собственном обилии показывает экономическую, политическую и социальную реальность нынешней Бразилии, совсем городской по собственному духу и стремящейся к диалогу с остальным миром», - говорит Тецца.

К этому следовало бы добавить возникновение за крайние 10 лет 40-миллионного среднего класса, требующего наиболее высочайшего уровня благосостояния, чья жизненная энергия являет собой резкий контраст на фоне слабости политиков, не знающим как ответить на нарастающие социальные протесты. «Эту всеобъятную, глобальную тенденцию не следует разглядывать как нечто отрицательное, утрату самобытности либо что-то в этом роде», - подчеркивает литератор.

Почти все литературоведы считают, что самыми наилучшими бразильскими создателями являются дамы. Их произведения наиболее рельефны и ярки, дамы наиболее решительно разламывают всяческие табу. Первопроходчиками в данной области стали Клаудиа Тажес (Claudia Tajes), родившаяся в Порту Алегре в 1963 году, чьи романы «Суровая вдова» (Vida dura), «Без мозга от мужчин» (Loco por los hombres) и «Личная жизнь некрасивой женщины» (La vida sexual de la mujer fea) с мягеньким юмором говорят о бразильской сексапильности; и Беатрис Брачер (Beatriz Bracher), родившаяся в Сан-Паулу в 1961 году, которая заполучила известность своим романом «Я хранил молчание» (No hablé), рассказывающем о педагоге, подвергнутом пыткам в годы военной диктатуры. Они в свою очередь проложили путь наиболее юным: Кэрол Бенсимон (Carol Bensimon), родившейся в Порту Алегре в 1982 году, Татьяне Салем Леви (Tatiana Salem Levy), родившейся в Лиссабоне в 1979 году и ставшей обладательницей премии Сан-Паулу по литературе за 2008 год, также самой Сааведре. Ее книжка «Голубые цветы» (Flores azules), возродившая эпистолярный жанр в XXI веке, в 2008 году также была отмечена критиками как наилучшая. В конце марта выйдет в свет ее новенькая книжка «Опись отсутствующих вещей» (El inventario de las cosas ausentes). «Я не вижу различия в качестве языка, ни в правдивости изложения. Разница заключается только в литературных премиях, где на восемь парней традиционно приходится две женщины», - подчеркивает Сааведра. «Сейчас лучший момент, не поэтому, что на данный момент литература лучше той, что была 20 годов назад, а поэтому, что время наиболее подходящее для создателей: публикуется еще больше произведений, а некие даже переводятся на иностранные языки. Но мы сталкиваемся с суровой неувязкой: отсутствием читателей. Чтоб ее преодолеть, нужно реформировать всю систему образования в стране».